Про Голодомор мне рассказывала прабабушка Ханна. За свою долгую жизнь, а родилась она в 1893 году, прабабушка многое повидала, но голод в Украине 32-33 года, хотя ее семью он напрямую и не коснулся, был одним из самых страшных воспоминаний.
Они жили в Киеве. Ее муж был каким-то мелким беспартийным служащим в кооперации. Она — домохозяйкой. Самое страшное, они просто не понимали, что происходит.
В какой-то момент на улицах неожиданно появились крайне истощенные крестьяне и множество трупов. Об этом официально ничего не говорилось, а горожане были более-менее обеспечены едой. Город жил своей жизнью, стараясь не замечать этот ад. Украинских крестьян сознательно убивали на глазах запуганных и безразличных обывателей.
Говорить вслух о голоде и как-то организованно помогать его жертвам было строго запрещено (это, кстати, совершенно беспрецедентно в истории). К своему стыду я не знаю, подали ли мои предки голодающим хоть краюху хлеба. Прабабушка об этом почему-то не рассказывала.
Очевидно, что это был геноцид одновременно по национальному и социальному признаку. Украинских крестьян убивали совершенно сознательно. Сталин в равной степени не доверял им и как украинцам, и как крестьянам. Первых он подозревал в сепаратизме, а вторых — в мелкобуржуазных симпатиях, угрожающих реставрацией капитализма. Да, крестьян в 1932-33 году убивали голодом по всему СССР. Но в Украине, преимущественно украинской Кубани, на Северном Кавказе и в Казахстане их убивали наиболее последовательно. Видимо, там к социальной ненависти примешивалась имперская политика эксплуатации национальных окраин.
Моего прадедушку арестовали в Киеве в 1938 году и приговорили по 58-й статье за организацию еврейского культурного кружка к пяти годам лагерей, где он и сгинул вскоре. Городская интеллигенция была по преимуществу безразлична к крестьянскому геноциду, а потом пришли и за ней.
Chechenews.com
26.11.19.
Комментарии
Отправить комментарий